>>/870403/
По словам Лешека Колаковского , Краткий курс истории ВКП(б) сыграл решающую роль в формировании ключевых социальных и ментальных черт Homo Sovieticus как «учебник ложной памяти и двойного мышления». На протяжении многих лет советские люди были вынуждены непрерывно повторять и принимать постоянно меняющиеся издания Краткого курса , каждое из которых содержало несколько иную версию прошлых событий. Это неизбежно приводило к формированию «нового советского человека: идеологического шизофреника, честного лжеца, человека, всегда готового к постоянным и добровольным психическим членовредительствам».

«Советский человек» характеризуется тенденцией следовать авторитету государства в оценке реальности, недоверчиво и тревожно относиться ко всему чужому и неизвестному, убежден в собственном бессилии и неспособности повлиять на окружающую действительность; отсюда всего лишь шаг к отсутствию чувства ответственности за эту действительность. Его подавленная агрессия, рожденная хроническим недовольством жизнью, его острое чувство несправедливости и неспособность к самореализации, его огромная зависть выливаются в очарованность силой и насилием, а также в тенденцию к «негативной идентификации» — в противопоставлении «врагу» или «чужаку». Такая личность соответствует квазиплеменному подходу к нормам морали и права (то, на что «наш народ» имеет право, осуждается в «чужаке»).

В ряде работ Ю. Левада описывал отрицательные личные качества, присущие советскому человеку и, подводя итог многолетним исследованиям, высказал уверенность, что советский человек как тип личности никуда не исчез с распадом СССР, а продолжает существовать в современной рабсии и воспроизводиться в новых поколениях.

Более того, по мнению учёного, к таким отрицательным чертам, как социальное лицемерие, патернализм, подозрительность и изоляционизм добавились цинизм и повышение уровня агрессии. По мнению Левады, эти негативные изменения снова стали результатом ограничения общественных свобод, а также искажённых экономических и моральных стимулов, внедряемых новыми рабсийскими властями. Как показал один из опросов исследования, к 2004 году значительно сократилось число людей, считающих, что рабсияне ничем не отличаются от жителей других стран и выросло число тех, кто считает рабсию «осаждённой крепостью», окружённой врагами.